— Хайль! — пробормотал Модель. Обер-лейтенант услужливо подал папку с надписью:

«Geheim (Секретно)». В ней было несколько телеграмм, весьма лаконичных. Командующий армией не терпел лишней писанины. Эту привычку он вынес из военной академии и следовал ей постоянно — на посту руководителя технической службы в генеральном штабе, на различных штабных должностях, на посту начальника штаба 4-го армейского корпуса во время польско-германской кампании, а затем начальника штаба 16-й армии во время франко-германской войны. Так укреплялись у Моделя навыки штабиста, и нет ничего удивительного в том, что он систематически прививал их своим подчиненным. Несмотря на это, он вынужден был терпеть шифрограммы, написанные на многих страницах, которые передавались из Берлина.

Модель пробежал глазами короткие фразы расшифрованных телеграмм, карандашом сделал какие-то заметки. Перед прочтением последней бумаги он взглянул на стоящего офицера:

— От Баха? Наверняка опять просит помощь! А так уверял, что сам справится…

— На этот раз обергруппенфюрер СС докладывает о начале переговоров с командиром дивизии Армии Крайовой.

— Что? — Модель уставился на телеграмму.

«Я принял решение перетянуть на нашу сторону банду Оливы. В нынешней ситуации полагаю, что цель оправдывает средства, — докладывал командир ковельского гарнизона. — Передаю текст письма, которое я послал вчера через моих парламентеров…»

— Ну и… — Модель не закончил фразу, углубился в чтение. Текст письма к Оливе гласил:

«Мне известно, что к югу от Ковеля находятся польские отряды численностью в несколько тысяч. В связи с надвигающейся с Востока общей опасностью, предлагаю совместную акцию, взамен, по вашему желанию, доставлю вооружение польским отрядам и предоставлю вам полную свободу действий в украинском вопросе… Пока еще я жду от Оливы ответа, после получения его сообщу вам результат, господин генерал», — закончил свое донесение обергруппенфюрер СС Бах.