Нам тоже хуже. Были у нас дома (строения, сооружения, избы, пятистенки, небоскребы, терема, дворцы, хаты, хибары, времянки, хрущобы, кибитки кочевые), а теперь завелся, как пырей среди ромашек, какой-то билдинг. За ним, контрабандой, пролез "хай-райз" (high rise). Без билета проехал хот-дог ("горячий хот-дог с сарделькой" можно в любой день купить на Пятницкой). Наш народ влечется к букве "х": если в английском выражении есть "хот" или "хай", наши сейчас же стащат и, кой-как переведя, прилепят эту оладью куда-нибудь на видное место. Hot line стало "горячей линией", хотя это "срочная связь". High season, о ужас, превратился в "высокий сезон", хотя это, наоборот. уж скорее "горячие деньки". Рекламные персонажи заговорили как эвенки: "Этот продукт мне вкусен". - "Определенно!"
Вздулся паводок переводной литературы, из которой мы с изумлением узнали, что сатин и вельвет - одежда королей, совершенно как если бы они были доярками и механизаторами. Очевидно, Габсбурги и Гогенцоллерны, а также шустрые, но ныне вымершие Тюдоры подбирали себе прикид на Тишинском рынке. Меж тем, satin по-русски - атлас, velvet же - бархат, а "вельвет" будет corduroy, во всяком случае у американцев, а у англичан, может быть, еще как-нибудь. А сатин будет chintz. Приписав принцессам крови вкусы сельпо, пишущий наш народ возомнил, что ему внятно все: и острый галльский смысл, и сумрачный германский гений, и пошел валять переводы со всех языков подряд, без тени сомнения.