Фаустина. Как мне надоел вице-король! Старик не доверяет мне, даже когда я сижу у себя дома наедине с ним.
ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
Фаустина и дон Фрегосо.
Дон Фрегосо. Сеньора, вы простудитесь: здесь слишком свежо.
Фаустина. Подите сюда, ваша светлость. Вы говорите, что верите мне, а сами подсылаете ко мне под окна Мониподио. Эта чрезмерная осторожность не к лицу молодому человеку и может только вызвать раздражение у честной женщины. Ревность бывает двоякого рода: когда не доверяют своей возлюбленной и когда не доверяют самому себе. Ограничьтесь второй.
Дон Фрегосо. Сеньора, не завершайте такой чудесный праздник упреками, которых я к тому же не заслужил.
Фаустина. Был здесь у меня под окнами Мониподио, через которого вы узнаете обо всем, что делается в Барселоне? Да или нет? Отвечайте мне, как подобает дворянину.
Дон Фрегосо. Быть может, он бродил где-нибудь тут поблизости, чтобы оградить от уличных неприятностей наших игроков.
Фаустина. Хитрости старого вояки! Я все равно узнáю правду. Если вы меня обманываете, вам меня больше не видать. (Уходит.)
ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
Дон Фрегосо один.
Дон Фрегосо. Ах, почему меня так тянет к ней! Только бы видеть, говорить с ней! Мне мило в ней все, даже ее гнев, и мне нравится вызывать ее попреки, лишь бы слышать ее голос.
ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ
Пакита, Мониподио в одежде монаха-сборщика.
Пакита. Сеньора велела мне разузнать, кто подослал сюда Мониподио, но... никого уже нет.
Мониподио. Творящий милостыню, возлюбленная дочь моя, стяжает себе мзду на небесах.