— На сколько дней мы едем?

Брюс пожал плечами.

— На неделю, дней на десять, — он сел на кровать и стал натягивать ботинки. — Это, если у нас не будет неприятностей.

— Каких неприятностей?

— От железнодорожного узла Мсапа нам нужно проехать двести миль по местности, населенной племенем балуба.

— Мы же будем на поезде, а у них только луки и стрелы. Они не смогут причинить нам вреда.

— Андре, нам нужно пересечь семь рек, одна из них крупная. А деревянные мосты разрушаются очень легко. Впрочем, железные рельсы тоже, — Брюс начал зашнуровывать ботинок. — Не надейся, что это будет вылазка на воскресный пикник.

— Боже мой, я так и думал, что это дело — дохлое, — угрюмо произнес Вэлли. — Зачем мы едем?

— Затем, что все население Порт-Реприва отрезано от внешнего мира. Там женщины и дети, у них кончается продовольствие и другие припасы, — Брюс остановился и закурил. — Балуба взбунтовались — убивают и насилуют всех подряд. Пока они не атаковали город, но скоро это должно произойти. Кроме того, ходят слухи, что мятежные группы Центральной Конголезской армии и наших войск организовались в хорошо вооруженные банды. Они действуют и в северных районах. Никто не знает наверняка, что там творится, но можете быть уверены, что хорошего ничего. Мы должны эвакуировать этих людей в безопасное место.

— Почему силы ООН не посылают самолет? — спросил Андре.

— Нет взлетно-посадочной полосы.

— Вертолеты?

— За пределами дальности.

— По мне пускай остаются там, — проворчал Вэлли. — Если балуба любят жаркое из людей, то кто мы такие, чтобы лишать их пищи? У каждого человека есть право на пищу, и до тех пор, пока едят не меня, пусть острее будут их зубы.

Он резко, ногой сбросил Андре с кровати.

— Иди и приведи мне девчонку.

— Здесь нет ни одной, Вэлли. Лучше я налью тебе выпить. — Андре вскочил на ноги и потянулся к стакану Вэлли, но тот схватил его за запястье.