Розалия Станиславовна носилась по коттеджу, не переставая причитать:

– Трагедия! Трагедия мирового масштаба!

Арчибальд, видя, что хозяйка с самого утра на взводе, решил на время умолкнуть. Попугай промолчал даже тогда, когда свекровь, подлетев к Катарине, завопила:

– Стерва!

Катка отшатнулась.

– Чем я вам не угодила? Я вообще молчала.

Розалия плюхнулась на диван.

– Не ты. Наташка стерва. Ох какая же она стерва! Провернуть втихомолку такую аферу и оставить нас с носом.

Ката пожала плечами. По ее мнению, Натка ничего такого не проворачивала – просто Натусику повезло, и в скором времени она станет законной супругой весьма влиятельного и обеспеченного человека.

Розалию же данный расклад в корне не радовал. Причислив Натку к предателям, которым нет прощенья, свекровь – на протяжении всего последнего месяца – метала молнии.

– Ката, не стой как дура, сделай мне кофе!

Копейкина посеменила на кухню. Кофе-то она, конечно, сделает, да только свекрища к нему даже не притронется.

С тех пор как Наталья покинула жилище Копейкиных, Катарина была вынуждена занять ее место. Выполняя малейшие прихоти свекрови, бедная Ката ежеминутно слышала в свой адрес отборную брань и трехэтажный мат.

Розалию не устраивало абсолютно все.

– Кофе слишком сладкий! – вопила она. – Натка делала по-другому.

– Я не Натка.

– Ты бездарность! Неужели так трудно научиться готовить вкусный напиток?

– Тогда почему бы вам самой не пойти на кухню?

– Не смей кощунствовать! – Свекровь картинно закатывала глаза, хваталась за виски и, издавая тихие стоны, лепетала: – Какая же я несчастная! Ну почему это случилось именно со мной? Почему?

Сегодня, поставив на журнальный столик чашку кофе, Катка на всякий пожарный отошла к лестнице.