- А то нам тебя придется уговаривать, - закончил Аполлон, - а мы очень этого не хотим, честно.

Я подняла глаза на своих незваных гостей, выдохнула, помолчала пару секунд и сказала:

- Попробую я найти ваш буфет.

- А не найдешь - спустим шкуру, - грустно подвел итог нашему празднику Аполлон.

Глава седьмая, в которой бабуля угрожает выломать мою дверь, а Катерина всем поддакивает

Ночь, вернее, те три-четыре часа, которые от нее остались, прошла без снов.

Подскочила я от звона, не понимая, что издает такие противные звуки - будильник, телефон, дверной звонок или что еще. Потом я сделала утешительный вывод, что на работу еще рано, Пашка, наверное, позавтракал сам, а потому можно еще немного подремать. Звон не прекращался. Я откинула одеяло с целью выяснить, что же так настойчиво не дает мне спать, и до меня дошло - домофон. Я вдруг поняла, что сегодня выходной, а потому о работе не может быть и речи, Пашка уже третий день живет у Димки, и после вчерашних событий непонятно, вернется ли (тут я страдальчески застонала и обхватила руками голову), а ко мне снова кто-то пришел.

- Мама, мама, - с трудом разомкнула я ссохшиеся со сна губы, спотыкаясь, протопала в коридор и сорвала трубку домофона.

- Че надо? - прохрипела я.

- Детка, - послышался бесподобный бас моей бабули, - если ты не откроешь дверь - я высажу ее и дело с концом. Поняла?

- Да, - пролепетала я.

- Тогда лучше открой.

И я открыла.

В квартиру по славной, заведенной недавно традиции ввалилась целая толпа: Катерина, Евгений Карлович, и конечно же, во главе колонны, бабуля. Она, как всегда, была великолепна - стройная, с идеально прямой спиной, точеным профилем и короткой стильной стрижкой. Ее брючный костюм летел и струился, в пальцах была зажата вечная папиросина, а в глазах скакали черти.