Счет у Воронова перевалил за шестьдесят. На столе осталось всего два шара. И тут Синельников применил жесткую тактику - он стал придерживать свой шар у торцовых бортов. Это он умел делать отменно. Дело в том, что с торцов бильярдный стол подходил близко к стенам, и поэтому с торца приходилось играть коротким кием. Для Воронова это было неожиданностью; коротким кием он бил плохо, начал нервничать и проиграл.

- Еще одну партию? - спросил Синельников.

- Нет, - отозвался Воронов. - Удар потерял. Утомился, должно быть.

Они втроем вышли из бильярдной.

- Что бы нам этакое сотворить, друзья мои? - сказал Юпо.

- Может, выпьем ради знакомства? - предложил Синельников. - У меня здесь машина. Заедем ко мне, посидим.

- Идея! - сказал Юпо. - А там видно будет.

- Я не против, - согласился Воронов.

- Пошли.

Возле Дома офицеров стоял "газик" Синельникова. Они сели в машину.

- В магазин завернем, - бросил через плечо Синельников.

- Как будем пить? - спросил Юпо. - Может, малую шведскую эстафету осилим?

- Ну тебя к аллаху с твоими эстафетами, - сказал Синельников.

- Мельчает народ, - мрачно изрек Юпо. - Раньше мы уж если сходились, так минимум брали большую шведскую. А малую шведскую всякий начинающий сопляк пил.

- А что это такое? - спросил Воронов.

- Слышал, Петя? Он спрашивает! Вот что значит гражданка непросвещенный народ. - И, обернувшись к Воронову, Юпо пояснил: - Очень просто, малая шведская эстафета значит - три по двести. По стакану.

- А большая?

- А большая - три по триста.

В магазине взяли три бутылки коньяку, или, как выразился Юпо, - три банки. В дороге он предавался счастливым воспоминаниям.

- Н-да, было время... Понимали, что мальчикам повеселиться надо. Рестораны до четырех часов утра открыты... Бывало, придешь после культпохода: "Лялечка, три по три!" И несет она, моя милая, на подносике три пол-литра водочки и три огурца. Шик!