- Понимаешь, в чем дело? - сказал он жене. - Я то понимаю; они просто передумали, и все тут.

Нет. Она не понимала, она была убита горем, да и он - чем больше он разъяснял ей доводы сборщика, тем меньше сам их понимал.

- Как! - закричала жена. - Что же, теперь, выходит, семеро все равно что шестеро, и мы должны платить каждый год, пока не протянем ноги, по девять франков пятьдесят налога? Не может этого быть! Разве мы виноваты в том, что наши дети растут?

Нуармье долго размышлял.

- Слушай, жена, - сказал он наконец. - Мне пришла в голову одна мысль. Надо заменить нашего ребенка, который не в счет, другим, и, если им так нужны несовершеннолетние, сделаем им живехонько еще одного.