Все та же Арисова, добрая душа, пристроила меня в Центральный Дом Художника, в одну контору - художественную галерею, картинками торговать… Ну, галерея, это громко сказано, наше Уффици занимало закуток и полстены на втором этаже, где раньше был этаж советской живописи. Соответственно торговали мы также соцреализмом в расчете на иностранцев и вообще чем попало в расчете на них же и, частично, на новорусскую аудиторию - матрешками, небольшой скульптурой, куклами, современной живописью…

Салон “Рога и копыта”, в общем.

И вот в одно прекрасное утро сижу я на своем рабочем месте, чищу перышки, делаю маникюр, краем глаза наблюдаю за экспозицией. И вдруг вижу: клиенты… Тридцать витязей прекрасных чредой из волн выходят ясных. И с ними дядька их морской.

Седовласый мужик лет под пятьдесят, его маман (почему-то я сразу это поняла) и еще какая-то тетка, типа не то бухгалтера, не то коммерческого директора, но явно не любовница и не жена. Экономка. Все как близнецы - в строгих деловых костюмах, дорогая обувь, на пальце капитана камень блестит величиной с лесной орех, в руках сотовые телефоны.

А у нас с полмесяца до того ни одной продажи не было.

Вот оно!

- Вас из дас? - говорю.

После беглого осмотра экспозиции и небольшой беседы выяснили, что изволят они небольшой этюд “Весна” академика живописи Налбандяна, большое полотно “Портрет на фоне пирамид” современного художника Ващенко (он на видном месте висел) и что-то еще по мелочи. Все вместе тысячи на две долларов, чуть поменьше.

Я обрадовалась - не передать (мне процент идет), аж коленки задрожали, но виду не подаю. И тут выясняется, что все прекрасно (мне подарили улыбку), но есть одно небольшое “но”. Нет, не деньги, это не вопрос, можно сразу задаток, надо картины примерить…