Белый кабриолет мчался по центральной набережной Форте. Кипарисы, пальмы, апельсиновые деревья. Снова кипарисы, пальмы… До войны это был маленький рыбацкий поселок, который впоследствии пострадал от бомбежек. Впрочем, даже тогда, до войны, существовала одна часть Форте, которая называлась «Рома Империале», что значит Имперский Рим. Уже тогда здесь отдыхали владельцы заводов, газет, пароходов. «Смотри, это вилла Андреа Бочелли, ну, слепого тенора, знаешь?» – перекрикивая рев мотора «Мазерати», крикнула мне Катя. Я знал о нем. «А это виллы наших олигархов, не буду говорить, каких, это неважно. Если повезет, мы их еще встретим на набережной и в ресторанах». Я смотрел на эту невеликую (и по российским, да и по французским меркам) роскошь и думал, почему же этот городок притягивал всегда к себе и русских аристократов, и итальянских коммунистов? Все лидеры Итальянской компартии в свое время имели здесь виллы и даже устраивали в Форте-дей-Марми свои съезды. Сюда же приезжали и советские бонзы. Впрочем, тайно. Все началось с того, когда один из лидеров Итальянской компартии Энцо Брокколини женился на москвичке Алле.

Приехав в Милан, где в знаменитой Ла Скала она ставила произношение итальянским певцам, позже Алла открыла для себя и Форте. Тогда синьора Брокколини решила проложить сюда дорогу и своим другим «выездным» соотечественникам и соотечественницам. Но приезжать именно в Форте советским людям было достаточно сложно. Недалеко, в Ливорно, располагалась, да и располагается до сих пор американская военно-морская база. Но наши люди, как известно, приедут куда угодно и чего бы это ни стоило.

А сейчас уже мы с Катей ехали к ее дому, мимо вилл Юсуповых и Шуйских, обосновавшихся здесь же, в Форте, сразу после революции.