Взять, к примеру, вот этот, мой, бутылочного цвета. Ведь его нашли для меня в самый последний момент. Что и вспоминают часто в Турине, так это комсомольскую стройку, которая развернулась вокруг «Жигулей» в Советском Союзе. Директор музея рассказал мне очередную удивительную историю. Но в эту почему-то верить хотелось сразу. Это тебе не американская забота о советском человеке. «Один инженер мне рассказывал: „На улице был такой холод, – 40! Вся земля промерзла на много метров, но нам нужно было копать котлован. Я думал, это невозможно физически! Оказалось, ошибался! Русские привезли со всей страны 40 реактивных самолетных двигателей и разогревали ими землю! Ну, вы только подумайте – это же мечта всей жизни! Я что-то хочу, и я это получаю любой ценой, потому что мобилизуется огромный аппарат по одному приказу!“»
Своим энтузиазмом инженер явно зарядил и моего собеседника. Я же прекрасно себе представил, что для итальянских инженеров увидеть ТАКОЕ было покруче, чем собрать вокруг себя гарем русских красавиц. Кстати, о красавицах. Хорошо, что Маурицио мне о них напомнил. «А вы знаете кого-нибудь из „тольяттинских жен“?» – спросил я его, тайно надеясь, что он мне выдаст адреса, явки и пароли. Не ошибся я в Маурицио! «Конечно, Вадим! Они в свое время выехали в Италию, выйдя замуж за наших инженеров, рабочих, технологов, да за кого смогли, в общем-то! И теперь они к нам сюда постоянно приходят, чтобы посмотреть фильмы о строительстве Тольятти-града и снова пережить те удивительные эмоции». Через несколько минут я был счастливым обладателем телефона и домашнего адреса некоей Татьяны. А техники к этому времени уже закончили проверять «Фиат». «Ну все, можете ехать», – радостно сказал мне господин Торкьо. И вот здесь уже торкнуло меня.