Веселый придурок — оказалось, что он тут и надзиратель и староста одновременно, так как лагерь был малочисленный — захохотал. Как и "дежурняк" он, видимо, хорошо знал прииск, с которого нас привезли, и его начальника Королева, прозванного "Королем" за властность и бессердечную расчетливость рабовладельца. В Шайтановом Распадке расположилось лагерное кладбище Порфирного. Говорили, что из десяти зэков, проработавших у Королева два сезона, девять отправляются на "Шайтанку". Мы принадлежали к той десятой части, которая умудрилась на Шайтанку не попасть и теперь подлежала как "отработанный пар" передаче лагерям неосновного производства. Предполагалось, иногда не без некоторого основания, что в качестве дорожников, лесорубов, рабочих сельскохозяйственных лагерей и т. п. мы еще сможем некоторое время приносить Дальстрою некоторую пользу. Однако, даже такую сомнительную рабсилу рачительные хозяева основных предприятий, вроде того же Королева, старались удержать у себя до крайнего, возможного предела в надежде, конечно, выбить из них лишнюю тачку золотоносного грунта. В смысле времени, таким пределом здесь были последние числа августа и вот почему: первого сентября зимний сезон в Дальстрое считался уже официально наступившим.