- Ну! - сказал Фледжби. - Давай сюда выручку да докажи с цифрами в руках, как это у тебя получается так мало. А прежде всего зажги свечку.

Райя повиновался, достал из-за пазухи кошелек и, указав по счету сумму, которую должен был принести, выложил деньги на стол. Фледжби пересчитал их очень внимательно, звякая каждым совереном.

- Полагаю, ты их не подтачивал, - сказал он, поднося одну монету к самым глазам, - вы, евреи, этим промышляете, дело известное. Небось отлично знаешь, как обрезают червонцы?

- Знаю, как и вы, сэр, - ответил старик, засовывая руки глубже в широкие рукава и почтительно глядя в глаза хозяину. - Разрешите мне сказать два слова?

- Можешь, - милостиво согласился Фледжби.

- Сэр, не смешиваете ли вы иногда - не намеренно, разумеется, - ту роль, в которой я честно зарабатываю хлеб у вас на службе, с той ролью, которую вам желательно, чтобы я играл?

- Не нахожу нужным разбираться в таких тонкостях, да и не стоит того, хладнокровно отвечал очаровательный Фледжби.

- Даже ради справедливости?

- К черту справедливость! - сказал Фледжби.

- Даже из великодушия?

- Еврей и великодушие! - сказал Фледжби. - Что между ними общего! Тащи сюда расписки да не болтай всякой жидовской чепухи.

Расписки были представлены, и на целые полчаса все внимание мистера Фледжби сосредоточилось на них. Расписки и счета оказались верными, и все бумаги вернулись на старое место - в мешок.

- Дальше, - сказал Фледжби, - потолкуем насчет векселей: это дело мне больше всего по душе. Какие сомнительные векселя тебе предлагают и по какой цене? Ты захватил с собой список того, что имеется на рынке?

- Длинный список, сударь, - сказал Райя, доставая бумажник и выбирая среди его содержимого сложенный документ; в развернутом виде он оказался большим листом бумаги, исписанным мелким почерком.

- Фью! - присвистнул Фледжби, взяв его в руки. - Одни банкроты, в долговой тюрьме и места не хватит! Придется сбывать частями, как по-твоему?