— Но вам-то стало известно…

— Совершенно случайно… да и то, как говорится у вас, русских, методом тыка…

— А вы не пытались связаться с Богомоловым? — спросила Розочка.

— Для чего? — не понял Майкл.

— А вдруг именно Савелий отыскал что-то ценное в этой лаборатории и сейчас находится в Москве?

— Что ж, возможно, ты и права, — задумчиво проговорил Майкл.

А думал он сейчас о том, как построить разговор с Богомоловым, с которым он был не до конца откровенен относительно целей поездки Савелия на остров Маис, не обманул, конечно, но сам факт умолчания такому близкому человеку его смущал.

Правда, он был на девяносто девять процентов уверен, что Савелий, немного разобравшись в том, ради чего был послан на остров, поделился этой информацией с Богомоловым. Не мог не поделиться. Но это, конечно же, не облегчало положения, в которое поставил себя генерал.

— Послушайте, Майкл, если вам по каким-то причинам не совсем удобно звонить Богомолову, то я могу сама с ним переговорить, — словно подслушав мысли генерала, предложила Розочка.

— Спасибо, конечно, за предложение, — проговорил Джеймс. — Но боюсь, Константин Иванович может неправильно меня понять.

— Вас? При чем здесь вы, если говорить буду я? — не поняла Розочка и тут же недовольно нахмурилась. — Вы хотите сказать, что поручили задание Савелию в Никарагуа без ведома Богомолова?

— Почему ты так думаешь?! — с досадой воскликнул Майкл, обижаясь скорее на себя: по существу, Розочка была недалека от истины. — Служба службой, но я убежден, что если дружба не толкает на предательство, она гораздо выше служебного долга! — твердо сказал генерал и решительно взял трубку. — Я сейчас сам переговорю с ним.

— Костя, привет! — радостно проговорил Майкл и нажал кнопку громкой связи. — Как хорошо, что я застал тебя на работе.

— Здравствуй, Майкл, рад тебя слышать. Ты действительно везунчик: через полчаса я покидаю кабинет.