В повествовании о судьбе врача Владимира Устименко ярко проявились особенности художественной палитры Германа. Чувство времени, умение воссоздать конкретные обстоятельства жизни героя, показать в поведении человека, в строе его мыслей особенности того или иного периода истории страны блистательно продемонстрированы в трилогии. Стоит вспомнить деда Мефодия — и за этой колоритной фигурой видятся целые пласты действительности, определенный жизненный уклад. В маленьком эпизоде, когда взбалмошная Варя раскрашивает себе ноги «под ажурные чулки», оживает перед нами быт послевоенных лет.

Как отмечалось, в романе сильнее зазвучал голос публициста. Это углубило бытовые картины и характеристики, придало им обобщающий смысл. Интересно подчеркнуть, что, выступая против наметившегося в 60-х годах «личностного» характера литературы — против стремления многих писателей не только пристальней всмотреться в героя, но и поглубже заглянуть в собственную душу, — Герман в своей художественной практике, идя другим путем, двигался по существу в ту же сторону. В его открыто публицистической позиции выявлялось стремление высказаться самому, выразить свое отношение к событиям и людям. Как ни парадоксально, это была другая ипостась «исповедальной» прозы. Так внешне, казалось бы, далекие друг от друга художественные явления сопрягались в общем процессе движения литературы.

Внимание писателя к свойствам личности героя, способность исследовать характер в его сложном единстве, умение показать, что в «деле» не только реализуются интеллектуальные возможности человека, но и выражается его общественная позиция, выявляя свойства его личности — это сделало трилогию заметным явлением современной литературы и позволило Герману внести свою лепту в решение темы, обретающей ныне все большее значение.