Парень отложил в сторону сигарету и стал внимательно рассматривать обложку и постеры.

– Только не вздумай врать, что не твоя, сучонок! – Ника плюхнулась в кресло и достала из сумочки свою пачку.

– Вероника Стрельцова, это – не интеллигентно. – Он снова взял из пепельницы сигарету, затянулся, делая вид, что не видит, как Ника судорожно ищет зажигалку.

– Так твоя или нет? – меня он тоже уже начал выводить из себя.

– Моя, вы же знаете. А что – классная работа! – Он любовно провел ладонью по моей фигуре на обложке.

– Меня передернуло.

– Нет, ты посмотри, Рита, он еще и фиглярствует, гаденыш, – задохнулась Ника.

– Убить тебя мало! – вставила Маша.

– Девки, да вы чего? – Официально-вальяжный тон все-таки слетел с Валентина.

– Ах, это мы – чего, а ты – ничего? – завелась Машка. – Сейчас прикончим на месте, тогда узнаешь – чего! Рита, доставай пистолет.

Я инстинктивно дернула руку к боку… Тьфу ты: совсем меня Верхогляд с панталыку сбила: мы ведь пришли всего лишь узнать, откуда фото в журнале; да и «Макарова» у меня с собой нет.

– Не понял… – Валентин неуверенно стал сползать со стула.

– Поймешь, когда уборщица придет твои мозги со стенки соскребать…

– Погоди, Маша… Ответьте нам, уважаемый, как эксклюзивная съемка с фотосессии для кастинга, предназначенная только для глаз режиссера Вортко, оказалась в этом журнале?

Валентин, все еще поглядывая с опаской на Верхогляд, снова взял в руки журнал. Минуты две он рассматривал логотип издания, выходные данные, потом поднял на меня глаза.

– Это не моя работа.

– Гад, ты же только что сказал, что твоя! – взвилась Ника.

– Да, снимал я, – рассердился Валентин. – А к публикации в этом издании никакого отношения не имею.

– Мы с девчонками переглянулись.

– А кто имеет?

– Откуда я знаю? Мое дело – снимать, а дальше – хоть потоп…