А ты сама?! - Сначала вопрос, а потом восклицание, точно игла, чтобы зашить мысль?
Явление матери было!
Явственно услышала прозвучавший в ночи неземной голос?
... Как-то ночью в нестерпимую жару, когда Амина-хатун была одна и легла спать, изнывая от жажды, то ли во сне иль наяву услышала шёпот, но прогрохотало в ушах, точно гром: - Ты беременна! - Нет, - возразила тотчас, не смея открыть глаза, - я бы знала! - Знает Он! - Кто? Шёпот был настойчив:
- Не тревожься! Ты беременна сыном - любимцем Бога! - Но... - Не перечь! - Кто смеет... - загорелась в ней бедуинская кровь.
- Молчи! - перебил. - И слушай, что говорят тебе! - Замерла от страха. - Отныне ты носишь в себе лучшее создание всех миров!
Открыла глаза и чуть не ослепла от света - солнце, собрав в пучок, будто женщина - волосы, свои лучи, устремило всю их яркость на неё. Тут же откуда ни возьмись - может, прежде, чем был услышан голос? красивый белый голубь. Он крылышком коснулся её жаркого тела. Не спеша и нежно погладил бедро. И она испытала неизведанное доселе наслаждение. Высохли губы. Горело нутро. Очень захотелось пить. И вдруг в руке у неё кто ж преподнёс? - медная чаша с шербетом. Напиток был ледяной. Белее молока и слаще мёда. Осушила до дна и, обессиленная, счастливая, откинулась на подушку. - Сохрани эту тайну в себе, - был шёпот, и гулко застучало в груди. - И когда родишь, - наказывал голос, - промолви вслух: "Поручаю сына покровительству Единого и Всесильного!"
Повторила, чтобы запомнить. Но испугалась и забыла. А утром вспомнила и проснулась.