В голосе незнакомца слышалась радость, но когда хозяйка, открыв дверь в комнату, хотела пропустить его вперед, он отстранил ее руку и сказал тоном приказа:

— Проходите вперед вы. Свет не зажигайте…

Перешагнув порог, незнакомец замер, прислушиваясь, но не услыхал ничего, кроме дыхания спящих ребят. Тут Мария с запозданием догадалась, что это не горбун, а подросток с мешком за плечами. Он сунул себе что-то за пазуху и снова облегченно вздохнул.

— Вы знаете, от кого я пришел? — спросил гость весело.

— Нет… — с трудом ответила женщина. Ее трясло, как в ознобе.

— Дядя Федя передает вам привет…

Мария молчала, стиснув зубы.

— Дядя Федя говорил, что вы сразу не поверите, — с одобрительной улыбкой в голосе произнес подросток. — Так ведь — не верите?

— Я не знаю, где мой муж, — уклонилась от прямого ответа Мария. — Его арестовали наши… советские. Как дезертира.

— Но вы же знаете, зачем это было сделано?

— Может быть, расстреляли…

— Э, тетя, так мы долго будем договариваться. Не надо в прятки играть. После “ареста” дядя Федя явился к вам ночью… Так?

— Он ко мне каждую ночь является… — Мария непритворно всхлипнула.

— Хорошо. А если я вам скажу, где дядя Федя спрятал свой партбилет, орден Красной Звезды и медаль “За трудовую доблесть”?

О том, что бригадир колхоза Федор Бойченко был членом партии и имел правительственные награды, знало все село. Конечно, это было известно и полицейским. Сжав вздрагивающие губы, Мария молчала, ожидая, что еще скажет загадочный гость.

— Он завернул их в новенькую клеенку, белую с голубыми цветочками, и закопал сверток под старой грушей. Вспомните, что вы сказали тогда мужу. Вспомнили? Вы сказали: “У меня на сердце так тяжело, будто ты закопал наше счастье…”

Мария не дала договорить подростку.

— Не мучь! — как стон вырвалось у нее из груди. — Скажи — он живой? Ты видел его? Когда?