– Ну, я пошел, – сказал Виталий дежурным и протиснулся в бар. – Спасибо, что позвали.
Виталий подошел к Трофимову, огляделся по сторонам.
– Накурено тут, – заметил он. – Ну, где сядем?
Из дымных слоев возник Бантик и спросил:
– Ты не смываешься?
– Нет. Не смываюсь, – ответил Трофимов.
– А у тебя деньги есть?
– Есть.
– Ну так пойдем. А то неудобно.
Трофимов пошел следом за Бантиком. Виталий – за Трофимовым.
Все уселись за стол. Виталий оказался между Трофимовым и режиссером. Сильвана вопросительно посмотрела на Виталия, поскольку он был новым лицом и явно выбивался из общего стиля.
– Его друг, – представлял сам себя Виталий и похлопал Трофимова по плечу.
– Да, – подтвердил Трофимов и неожиданно для себя добавил: – Это наш русский Ален Бомбар.
– О! – изумилась Сильвана, забыв на мгновение, что она профессиональная красавица. – Се импосибле!
– Да, да, – подтвердил Трофимов – Наш Ален Бомбар.
– А кто это? – тихо спросил его Виталий.
– Итальянка, – негромко ответил Трофимов.
– Да нет, тот мужик, за которого ты меня выдал.
– Потом, – сказал Трофимов.
– А разве в Союзе был этот эксперимент? – удивился фирмач.
– Конечно. Мы ни в чем не отстаем, – гордо заметил Трофимов.
– А я ничего и не говорю, – оправдался фирмач.
– Страшно было? – спросил Бантик: видимо, он для себя примеривал этот вариант.
Виталий посмотрел на Трофимова.
– Скажи, что страшно, – тихо посоветовал Трофимов.
– А ты думал... Еще как страшно, – убедительно сыграл Виталий.
– Это и ценно, – заметил кинорежиссер. – Когда не страшно, то нет и подвига.