А обстановка на тот момент сложилась крайне тяжелая, особенно на плацдарме Малая земля под Новороссийском. Как раз накануне нашего прилета, 17 апреля 1943 года, гитлеровцы начали очередное ожесточенное наступление на боевые порядки его защитников.

Положение на плацдарме продолжало накаляться, причем постоянно нарастали удары с воздуха. А соотношение сил на этом участке фронта до нашего прибытия было на стороне противника: у него имелось более 1000 боевых самолетов против 580 наших. К тому же летный состав советских частей был измотан в зимних боях, понес большие потери в последние недели, и хоть дрались летчики отчаянно храбро и умело, силы были чересчур неравными.

Поэтому генерал Вершинин поставил следующую задачу корпусу:

— Прикрыть с воздуха войска 18-й армии генерала Леселидзе, их боевые действия наплацдарме юго-западнее Новороссийска; организовать постоянное патрулирование в районе плацдарма; атаковывать и уничтожать любой приближающийся к нему самолет противника.

Помолчав, командарм добавил:

— Знаю, понимаю — вам нужно бы дать хоть несколько дней на подготовку, на знакомство с районом, но нет даже одного дня, малоземельны ждать не могут. Помогу вам лишь одним: дам несколько лучших летчиков из наших частей, чтобы вместе с вашими фронтовиным (так в тексте, похоже в источнике фраза пропущена — С.К.) примером, как бить фашистов. Но это — все, иным примером, как бить фашистов. Но это — все, и уже завтра всеми силами корпуса — в бой…

Честно говоря, хоть срочная переброска корпуса на Кубань красноречиво говорила о сложившейся там тяжелой обстановке, в душе была тем не менее надежда, что вводить подразделения в бои удастся постепенно: мне хорошо была понятна опасность первых боевых вылетов для необстрелянных летчиков. Но что делать: на войне как на войне.