Как бы то ни было, пусть даже он узнал мое имя, я нисколько не торопился узнать его, поскольку этот персонаж мало меня интересовал.

«Матиаш Корвин» сделал остановку в Мохаче. Было уже довольно поздно, так что в этом городе с десятитысячным населением я смог увидеть лишь два острых шпиля над массой домов, уже погрузившихся в темноту. Тем не менее я сошел на берег и после часовой прогулки вернулся на пароход.

На рассвете 21 апреля на судно село около двадцати пассажиров, и мы снова двинулись в путь.

В течение этого дня упомянутый выше субъект встречался со мной несколько раз — проходя мимо по палубе с подчеркнуто дерзким видом, что мне решительно не нравилось. Если этот наглец хочет что-то сказать, так пусть скажет! В таких случаях одних взглядов недостаточно, а если он не говорит по-французски, я сумею ответить на его родном языке!

Я не люблю затевать ссоры, но мне не нравится, когда на меня смотрят так неприязненно. Я подумал, однако, что, если придется обратиться к пруссаку, лучше будет предварительно что-либо о нем узнать.

Я спросил у капитана, знает ли он этого пассажира.

— В первый раз вижу, — ответил капитан.

— Он — немец? — продолжал я.

— Без всякого сомнения, господин Видаль, и даже думаю, пруссак, то есть дважды немец…

— За глаза довольно и единожды!

Мои слова, как видно, понравились капитану, венгру по происхождению.

Во второй половине дня наше судно проплыло мимо Зомбора;

На следующий день «Матиаш Корвин», то и дело петляя по реке, двигался в направлении Вуковара, построенного на правом берегу. Мы плыли вдоль границы Славонии, где река меняет южное направление на восточное. Там находится «Пограничная военная зона»

Эта территория управляется военными властями.