Гм… переваривать… что касается пищеварения, то тотчас же по отправлении поезда у Ивана возникли с этим большие проблемы, потому что обед без спиртного — это не обед, а зловредный Осип по указанию Александра Ильича всячески блюл алкогольное воздержание Астахова-младшего и проявил себя на этой почве настоящим тираном.

В отместку Иван делал Осипу разные мелкие пакости и всячески издевался над простонародным произношением г-на Моржова, представляющим собой кошмарную помесь акающего говора и украинизмов, отлакированную старозэковскими языковыми штучками.

Неизвестно, что было бы дальше и сколь долго продолжалась вышеописанная идиллия, если бы в Москве к ним в купе не подсели два новых пассажира: некто Иван Александрович Осокин (полный тезка Астахова-младшего, а?), который позднее окажется следователем Генеральной прокуратуры, и девушка Настя, к коей Ваня Астахов незамедлительно начал клеиться, благо что-что, а общение с женским полом Астахов-старший в лице своего возмутительного полпреда Осипа Моржова ему не запрещал. Это только потом окажется, что дамочка-то нечиста на руку: обчистит Астахова как липку и исчезнет в неизвестном направлении.

Но все это будет позже, а пока Ваня, к сугубому неодобрению Моржова, пьянствовал с Осокиным и играл с ним же в карты на деньги. Что-то выигрывал, что-то проигрывал… в общем, по мере приближения поезда к пункту назначения Настя проиграла все деньги и решила расплатиться с ним натурой, пока Осип таскал пьяного в дымину Осокина в туалет.

Осип задержался в тамбуре, а вот Осокин, выйдя из туалета, по изысканной синусоиде направился в свое купе и застал там Астахова-младшего и Настю в самой интересной позиции, любопытной даже с позиций «Камасутры». Взыграло ретивое, и И.А. Осокин решил спасти Настеньку от окончательного растления.