— Нет, я говорю вполне серьезно. Мне это будет очень приятно.

— И вашим людям тоже?

— А почему бы и нет?

— Вы бени-араб. Можно узнать, какого племени?

— Из племени хомров.

— Боже милостивый! Разреши нам все же не останавливаться радом с вами!

— Почему?

— Потому что мы не можем вам доверять.

Он принимал чужеземца за одного из хомров, точнее, за их предводителя, и, несмотря на это, не боялся так прямо высказывать ему свои сомнения.

— Ты что, принимаешь нас за воров? — спросил в ответ европеец.

— Хомры — враги шиллуков, на чьей территории мы сейчас находимся, — уклончиво ответил джелаби. — Может легко возникнуть стычка, и в этом случае мы предпочитаем остаться в стороне.

— Твое сердце, кажется, не обладает большим мужеством. Как твое имя?

Человечек приподнялся в седле и ответил:

— Может быть, я и труслив, но тебя это не касается. А если ты хочешь знать мое имя, то слезай и получи его!

Он спрыгнул с осла, отбросил ружье и выхватил нож. Хомры ускакали вперед, а джелаба все еще оставался на месте. Позади того, кто говорил до сих пор, стоял джелаби такого же маленького роста и с возрастающим беспокойством прислушивался к разговору. Услышав последние слова своего товарища, он посчитал нужным вмешаться.

— Извини этого человека, господин, — сказал он, — у него слишком длинный язык, но при этом он всего лишь маленький человек, который ничего не понимает. Его зовут у нас Абуль-джидри, Отец Листьев, или еще Абуль-хадашт-шарин, Отец Одиннадцати Волосинок.

— А почему он получил это второе имя? — поинтересовался чужеземец.

— Потому что в его усах только одиннадцать волосков — шесть справа и пять слева. И все же он необычайно кичится ими и ухаживает за ними так же тщательно, как негритянка из племени нуэр за своим полем сорго.

Таким образом он попытался обратить зарождавшийся конфликт в шутку, он не встретил поддержки у своего спутника, так как тот гневно прикрикнул на него: