Граф. Жена говорит, что отвечает за него.

Эдуар (графине, тихо). Что вы скажете, кузина, если я отрежу хвост от его фрака, чтобы сделать шнурок для вашего колокольчика?

Графиня (тихо). Перестаньте, Эдуар!

Кавалер де Тимбре (вынимает часы). Если не ошибаюсь, эти господа запаздывают.

Граф. Еще вчера Фьердонжон обещал мне прийти первым.

Барон де Машикули (Эдуару). Скажите, маркиз...

Эдуар. Называйте меня господином де Нанжи или лейтенантом Нанжи, как вам будет угодно. Только, пожалуйста, без титулов.

Графиня. Мой кузен — воплощенная скромность!.. (Тихо ) У него особые взгляды.

Барон де Машикули. Скажите, пожалуйста, господин де Нанжи, вы, вероятно, прибыли из армии?

Эдуар. Да, сегодня.

Барон де Машикули. Из Германии?

Эдуар. Да.

Барон де Машикули. Вы, вероятно, наблюдали Ваграмскую битву

Эдуар. Да, издали.

Графиня. Конь был убит под ним, а сам он ранен. Бедный мальчик! Как ужасна эта война!

Барон де Машикули. Меня удивляет, что эрцгерцог Карл

Эдуар. В жизни не слышал имени этого субъекта.

Барон де Машикули. Ээ... Сударь! Осмелюсь спросить, каково было положение в армии, когда вы оставили ее? Говорят, в войсках недовольство.

Эдуар. Да, солдаты недовольны пайковым хлебом и бобами; они предпочли бы белый хлеб и пулярку...

Барон де Машикули. Мне говорили, что армейские офицеры...

Эдуар. Послушайте, сударь, я болен... ранен... я провел три месяца в госпитале до того, как приехал сюда. Я ничего не видел, ничего не знаю. (Графине, тихо.) Избавьте меня от этого докучливого старика, или я наделаю бед.