Где-то близко зафырчала машина. Коваль вышел в коридор и спустился на первый этаж. К гостинице подъехал грузовик, в кабине Дмитрий Иванович увидел вчерашнюю женщину с первого этажа.

Парень в старенькой гимнастерке открыл дверцы и стал помогать женщине выбираться из кабины. Она обхватила его шею, и он осторожно взял ее на руки и поставил на землю. Подал костыль, и женщина, опираясь на него и плечо парня, поковыляла к гостинице.

- Ничего страшного, - успокаивающе говорила Лиза. - Маленькая трещинка, и связки еще... Обулась в гипсовый ботиночек. Говорят, недели две - и все будет хорошо. Напрасно я паниковала...

Парень почему-то заинтересовал Коваля, но почему, он еще не знал.

Взяв на кухне чайник с кипятком, Дмитрий Иванович пошел к себе. Через открытую дверь услышал, как зазвонил телефон в коридоре и Даниловна сказала кому-то:

- Да, Андрей Степанович... Ничего страшного, велен покой... Не волнуйтесь... Зайдете? Понимаю, понимаю... Ах, ко мне в хату? Можно. Сейчас там никого нет. Дачники вчера выехали, как раз перед грозой. И Лиля моя уехала на занятия. Конечно, на ровном месте ей будет лучше. Никаких ступенек, рядом вода... Генерал - тот только у меня и останавливается... Завтра и заберу ее, Андрей Степанович... Хотите поговорить с ней сейчас? Внизу есть аппарат, параллельный... На кухне... Только он не очень исправный... Хорошо, попробую, если сможет подойти...

Даниловна положила трубку и заторопилась вниз. На ходу легонько постучала в дверь Коваля.

- Дмитрий Иванович, завтракать! Я вам яичницу приготовлю. Или, может, картошки поджарить?

- Все равно, - ответил из комнаты Коваль.

- Я сюда принесу.

Позавтракав, Коваль взял книгу академика Дубинина о генетике, вынес на балкон мягкое кресло и умостился в нем. Солнце еще не поднялось высоко и на балкон не заглядывало, пронизывая белые с голубизной тучки. Горизонт скрадывал таинственную даль, фелюги в лимане казались ненастоящими, а люди на берегу словно бы жили в игрушечном, выдуманном мире, и все вокруг было прекрасным до нереальности.