А врач Нахт явно начал издеваться. Засовывал палец в рот и, соединив с другим пальцем снаружи, тер кожу щек между ними. Оттягивал и вертел во все стороны нос. Дергал за уши… А потом, вообще!

Нахт взял в руки мухобойку и начал шлепать ее по щекам. Шлепнет, наклонится, посмотрит… Опять шлепнет, наклонится и опять очень внимательно рассматривает то место, по которому шлепнул.

Неф явно уже хотела разозлиться по-настоящему. Но Нахт закончил. Последний раз шлепнул ее мухобойкой по лбу и отвернулся.

— Тебе придется два дня лежать неподвижно. Ничего не есть. И дышать только через трубочки в носу.

— Могу вообще не дышать! — обиженно ответила Неф.

Нахт повернулся и долго смотрел ей прямо в глаза.

— Красивые женщины редко бывают счастливы. — пробурчал он.

Неф уже соскочила с кресла и поправляла свою одежду.

— Красивая царица может сделать счастливым свой народ! — торжественно провозгласила Неф.

И это был ответ, которого Нахт ожидал.

— Приходи завтра с утра. — вздохнув, сказал он. Еще раз вздохнул и пробурчал себе под нос. — Боги тебя покарают, Нахт!

— Царица Египта тебя наградит, Нахт! — откликнулась Неф.

Неф уже направилась к выходу, когда ей вдруг стало страшно. Она вернулась, оглянулась по сторонам и тихо спросила:

— Резать будешь?

— Обязательно! — кивнул головой Нахт. — Отрежу уши и нос. Потом пришью какие-нибудь другие. — пробурчал он.

Помолчал и добавил.

— Шутка.

Неф облегченно выдохнула. Она терпеть не могла крови.

После ухода Неф, старик Нахт еще долго разглядывал бюст. Трогал пальцами, хмурился. Потом завернул его в тряпку и поставил на пол в самый дальний угол комнаты…

…пройдет много-много веков… и однажды… немецкий археолог, под слоем песка и кирпичной пыли, обнаружит, чудом сохранившийся, в натуральную величину, бюст молоденькой прекрасной женщины. Он вздрогнет от неожиданности… замрет в восторге… и будет еще долго, не отрываясь, рассматривать его со всех сторон…