- А-а, ну хорошо, ну материя.

- Изволите видеть, даже и в "Русском слове" не сказано прямо так, что, мол, это все одно.. Ежели бы так, то взять палку - вот тебе хребет обмотал бечевкой - нервы, еще чего-нибудь наддал - и хоть в мировые посредники выбирай только шапку с красным околышем одеть - Ишь как у нас отец дьякон-то! Остроты отпускает!

- Да ей-богу, ежели так-то.

- Продолжайте! продолжайте .. Н-ну материя? Ну?

- Ну, а дух, я говорю, следовательно - часть особая, изволите видеть?

- Положим, особая. Далее?

- А далее, вот я и сомневаюсь, чтобы оно на пользу было ..

например, для духа...

- Это, кажется, вы опять начинаете старую песню? - перебил Иван Иваныч и, должно быть, так ясно выразил нежелание слушать эту песню, что собеседник его почти тотчас же и во всю мочь своего голоса заговорил:

- Нет! Ей-богу, нет! Иван Иваныч! Сделайте одолжение!

не о порошках.

Он как будто останавливал этими торопливыми и крикливыми фразами намеревавшегося уйти доктора.

- Как не о порошках? Ведь опять договорились до того, что "вступает" и так далее?

- Перед богом, не об этом! Куплю, ей-ей куплю, сию минуту...

- Так об чем же в таком случае? Я, ей-богу, вас не понимаю.

- Два словечка! Позвольте, дайте мне досказать, я сию минуту объясню вам. Сделайте ваше одолжение!

Коротко и резко стукнул стул: доктор, очевидно, сел и решился слушать.

- Как материя, - с расстановкою и тоном отвечающего на экзамене ученика начал дьякон, - как материя имеет на свою пользу разные специи, так равно и дух их имеет..

И замолк.

- Все?

- Все.

Очень приятно, по крайней мере коротко.

И так как... - начал было дьякон тем же тоном.

- Да ведь все?

Только еще полслова! Сделайте ваше одолжение! то есть чуть-чуть... И так как для тела, следовательно, есть разные порошки или там примочки, то для духа они пользы не дают.