«Странно, – подумал вдруг Ганно Криг, – что я вспоминаю об этих вещах по пути в Берлин». На мгновенье у него мелькнула мысль, что главнокомандующий хочет, может быть, создать какую-то свою, немецкую «10ю флотилию МАС». Но Криг сразу же отбросил такое предположение. Подобные методы ведения войны вряд ли отвечали немецкому духу. Вот для итальянцев они действительно подходят, Эти пылкие южане всегда любили нечто особенное, экстраординарное. И в данном случае как раз речь шла не о каких-то будничных, обычных военных действиях, которые велись на сотнях и тысячах участков многочисленных фронтов, а о чем-то совершенно новом, доселе неслыханном. Проявление необычайной храбрости таило ведь в себе возможность завоевать и необычайно громкую славу. «А это в числе прочего имело для итальянцев решающее значение», – подумал старший лейтенант Криг, улыбаясь. Это давало итальянцам силы спокойно смотреть в лицо смерти, даже скорее искать ее, чем избегать. Ибо такая смерть была бы геройской, и потомки не предали бы погибших забвению; наоборот, имена героев стали бы гордостью нации. Да, их энтузиазм был оправдан. Применительно же к немцам подобная мотивировка вряд ли могла оказаться эффективной, ибо основу их боевого духа составляли другие факторы.
«Однако, – подумал Ганно Криг, – все это, конечно, имеет очень мало отношения к вопросу, возникшему с самого начала: зачем так спешно нужно быть в Берлине? Что задумал «Лев»?»
* * *– Взгляни сюда, Ганно.