Восстановила. Деньги снова заработала.
И летом снова приехала. Только на этот раз вместе с дочкой и транзитом. Московский поезд приходит утром в полшестого. Перепаковали их в наш европейский чемодан на бесшумных колесиках (там, куда направлялись, есть “Закон о тишине”). Просидели до обеда, а потом снова на тот же Главни надражи, где посадили на местный. До Праги добиралась трое суток. Отсюда до границы было три часа.
С германской стороны невесту ждали.
·
С закрытыми глазами мы воскресаем под ее руками, которые умеют все, включая глубокий массаж. Не мозгов, конечно. Но экстремалы оздоровления теряли голову. Как женщины, так и мужчины.
Почему ж, блин, там не сложилось?
Располагая как вагиной, так и простатой, считаем, как Томас Манн: “Достоевский, но – в меру”. Достаточно работы на поверхности. Поверхность – это все. Включая принцип современной эстетики.
Она не настаивает на глубоком. Даже одобряет буржуазную умеренность. Вспоминает, что побочными эффектами бывали и разводы.
Между делом посвящает в новую жизнь.
Тоже глубинка, только европейская. Достопримечательности? Развалины замка. Надо подниматься по булыжной дороге в еловом лесу, минуя крест, поставленный в память двух местных любовников, разбившихся на мотоцикле. Тоже были богатые наследники. Выход на поляну, потом по дощатой лестнице, а с развалин открывается вид на долину – летом зеленую, зимой белую. Через нее она, как на родине, бегает на лыжах. Большая часть пространства, видимого сверху, принадлежит теперь и ей. Среди полей темнеют рощи и небольшие леса. Но есть и большие, уходящие за горизонт, который лесами, собственно, и окружен. Деревня внизу, как на ладони. Ферма, основанная в 1666 году, ровно за триста лет до ее рождения на Камчатке, прилегает к церкви, где чтят память погибших на Восточном фронте. Там постоянно горят свечи перед фотостендом типа “наши ударники”. Только на нем красивые ребята в фашистской форме. Большинство, к чему привыкнуть трудно, с ее теперешней фамилией. Свёкр болтушка, особенно за пивом. Свекровь – та носится по всей усадьбе, как коза. Почистила их, омолодила.