С одной стороны, ее наполняла блаженством мысль, что после всех приключений и потрясений, пережитых во время этих каникул, последние дни лета аж до самого начала учебного года пройдут тихо и мирно, без всяких неприятных неожиданностей и волнений. С другой же стороны, после семи недель, проведенных на Мазурских озерах, после всех этих вод и лесов, бескрайних пространств и свежего воздуха город казался до отвращения затхлым и душным. Шпулька явно тосковала по природе. Предложение Янушека испугало ее, но одновременно усилило эту тоску. Шпулька колебалась.

— Я не знаю... — неуверенно начала она.

— Как это не знаю! — рассердился Янушек. — Раки — такая редкость! Уникальная возможность! А она — «не знаю!» — Вот именно, — поддержала брата Тереска. — Он прав. Ты когда-нибудь ела раков?

Шпулька отрицательно мотнула головой.

— Не ела, но... Я думала, что до конца каникул все будет спокойно.

— А кто сказал, что не будет? — удивилась Тереска. — Ведь это действительно уникальная оказия, может быть, последняя. Раков становится все меньше и меньше, ведь они, к твоему сведению, живут только в чистой воде. Того и гляди, у нас все переведутся и придется за ними ездить в какую-нибудь Канаду или уссурийскую тайгу...

Совершенно проигнорировав вопрос, действительно ли уссурийская тайга так богата раками, но хорошо зная свою отчаянную подругу, способную отправиться, не моргнув глазом, в вышеозначенные отдаленные регионы, Шпулька порядком струхнула. Из двух зол она бы все-таки предпочла окрестности Люблина. Девочка предприняла последнюю попытку сопротивления.

— А почему я должна есть именно этих раков? — протестующе заявила она.

— Ну, знаешь! — возмутился Янушек. — Где это видано, ни разу в жизни не попробовать рака? И не поймать! Считай, напрасно прожила!

Шпулька хотела было начать дискуссию о зря потраченной жизни, но вдруг подумала о другом.

— А они похожи на угрей? — оживившись, спросила она.