Тот же кожник или терапевт, прошедший такой курс, теперь не теряется при встрече с тяжело раненым, а, по крайней мере, знает, с чего начать, что делать потом и т. д. Какие то хирургические процедуры он делает конечно хуже чем специалист - хирург, но он понимает систему лечения раненого и может дотянуть его живым до больницы - а это главное. Я говорил с врачами, которые работали еще до введения в армии ATLS, они утверждают что сейчас качество лечения раненых подскочило очень сильно. Когда в приемник госпиталя вертолетами привозят наших ребят, раненых боевиками Хизбаллы в Южном Ливане, они обычно уже заинтубированы, со всеми положенными дренажами и катетерами, и успели получить по несколько литров жидкости в/в.

После окончания офицерского курса и сдачи экзамена по ATLS мы получили звание лейтенантов, и разъехались по домам. Себя я называю теперь - "Дважды лейтенант запаса" - советской и Израильской армии.

Примерно через - пол года после офицерских курсов меня впервые призвали на месячные сборы в качестве врача. База пограничных войск, куда я попал, находилась в 15 минутах езды от южной оконечности Мертвого моря. Эта пустынная местность называется Иорданской долиной. По ней протекает речка Иордан - та самая, библейская которая затем впадает в Мертвое море Летом она превращается в ручей, а зимой в период дождей наполняется. Сама речушка не видна среди песка и голых холмов, издали ее можно определить только по полосе зеленых кустов, растущих на берегах. Напротив базы в нескольких километрах западнее расположен город Иерихон - тот самый, стены которого в свое время рухнули от звуков иерихонской трубы. Ныне это столица палестинской автономии. По долине раскиданы арабские деревни, лагеря палестинских беженцев и кое где еврейские поселения - красивые коттеджи за колючей проволокой.

Дело было летом, жара стояла страшная, вечером дули сильные ветры. Мы - я и мои ховши - жили в 4-х местных домиках с кондиционерами.