И, постояв, Джоби двинулся в дом. Слышно было теперь, как он отпыхивается: "Хах, хах", -- через каждые два-три шага. В кухне он со стуком опустил передний конец сундука,

-- Хах! -- выдохнул он. -- Слава богу, дотащили.

-- Наверх несите, -- сказала бабушка.

Джоби повернулся, поглядел на нее. Он еще не выпрямился -- глядел полусогнутый.

-- Чего такое? -- сказал он.

-- Наверх несите, -- сказала бабушка. -- Ко мне в комнату.

-- Это что ж -- придется то есть тащить сейчас наверх, чтоб завтра стаскивать обратно вниз?

-- Придется кому-то, -- сказала бабушка. -- Вы намерены помочь или же нам с Баярдом вдвоем нести?

Тут вошла Лувиния. Она уже разделась. Она была высокая, как привидение, в своей ночной рубашке, длинно, узко и плоско висящей на ней; тихо, как привидение, вошла она босиком, и ноги ее были одного цвета с сумраком, так что казалось, их у нее нет; а ногти ног белели, точно два ряда грязновато-белесых чешуек, невесомо и недвижно легших на пол футом ниже подола рубашки -- и совсем отдельных от Лувинии. Подойдя и толкнув Джоби, она нагнулась к сундуку, чтобы поднять.

-- Отойди, негр, -- сказала она.

Джоби, кряхтя, оттолкнул Лувинию.

-- Отойди, женщина, -- сказал он. Поднял передний конец сундука, оглянулся на Люша -- тот как вошел, так и держал задний конец, не опуская. -Везти мне тебя -- так залезай с ногами, -- сказал Джоби Люшу.

Мы встащили сундук к бабушке, и Джоби опять уже решил, что кончили, но бабушка велела ему с Люшем отодвинуть кровать от стены и вдвинуть сундук в промежуток; Ринго и я снова помогали. И, по-моему, в сундуке том почти верная была тысяча фунтов.

-- А теперь всем идти спать, чтобы можно было выехать с утра пораньше, -- сказала бабушка.

-- У вас всегда так, -- сказал Джоби. -- Всех подымете ни свет ни заря, а выедем за полдень.

-- Не твоя это забота, -- сказала Лувиния. -- Ты знай выполняй, что велит мисс Роза.