Но умирать, как ни удивительно, ни одна из них не собирается, – подумал мужчина, глядя на ситцевые платья, на шерстяные кофты, глядя на акацию, растущую у подъезда, в тени которой и судачили старухи – Да, все только и говорят, что жить стало хуже, но все живут»

Затем мужчина сделал движение левой рукой, и на крепком запястье блеснули массивные часы. Несколько мгновений мужчина смотрел на стрелки, сузив стального цвета глаза. Он вглядывался в стрелки, будто их движение, их расположение могли дать ответ на какой-то давно тревожащий его вопрос.

Затем он вновь сел в машину. Спортивная сумка осталась висеть на плече.

Удобно устроившись и прикрыв дверь, мужчина указательным пальцем нажал на клавишу приемника и медленно принялся поворачивать ручку настройки Секунда, две, три, четыре, пять.

И вдруг он услышал отчетливый голос «Раз, два, три, семнадцать Раз, два, три, семнадцать» – Что ж, все в порядке, – скривив тонкие губы, прошептал мужчина.

Выключив приемник, он вышел из машины, захлопнул дверцу и, еще раз оглядевшись, направился к подъезду. Старухи продолжали говорить о своем. Во дворе появилось два водопроводчика с железными ящиками в руках. Они были в грязных замызганных спецовках, в кепках и навеселе. Сантехники подошли к старухам и о чем-то громко с ними заспорили. Одна из женщин вскочила со скамейки и стала размахивать руками, проклиная домоуправление и отсутствие горячей воды. «Да, у всех проблемы, – подумал мужчина, внимательно прислушиваясь к ругани – Одним воды горячей не хватает, другим – денег Каждому свое» Войдя в подъезд пропахший кошачьими испражнения ми и чем-то кислым мужчина поморщился Подъезд этого пятиэтажного дома выглядел так, словно в нем уже несколько месяцев, а может, даже год никто не убирал. Вокруг валялись бумажки, апельсиновые и банановые корки. И, рискуя поскользнуться на какой-нибудь сгнившей корке, мужчина стал подниматься вверх. Он решил не пользоваться лифтом. Вообще, старые лифты с зарешеченными проволочными дверями он не любил Да и что такое пятый этаж для него, полного сил. Он поднимался легко и спокойно дышал ровно.



2 из 368