Но может быть, жизнь этих людей как раз и есть наиболее здоровая и общественно полезная жизнь? Они встают чуть свет, зарывают тайники, приезжают промокшие и озябшие назад, пьют чай и ложатся спать. Затем в течение дня они много раз осмотрят эти тайники, сделают кое-что по хозяйству, вечером выроют тайники и лягут спать с ощущением правильно, хорошо прожитого дня. И результат этого дня, неоспоримый, вещественный результат - семга. Зачем же им книги? Зачем им какая-то культура и прочее вот здесь, на берегу моря? Они - и море, больше нет никого, все остальные где-то там, за их спиной, и вовсе им неинтересны и ненужны.

4

Вечером Нестор и Кир опять привезли рыбы, на этот раз семги, сварили ухи и выпили, причем пили бережно, с невыразимым наслаждением, как нектар - эту водку-сучок. Зажгли лампу, закурили, разделись, разлеглись на лежаках возле стола. Печка гудела, было тепло, за стеной жахало и жахало море, а у нас грелся чайник, карбасы были выкачены на берег, ловушки сняты, развешаны на кольях возле тони, и водорослевые бороды, источая дурманящий запах, мотались на ветру.

На далеком мысу посверкивал маяк, его хорошо было видно, и было приятно от мысли, что не такая уж пустыня кругом, что в море сейчас взбивают белые дороги теплоходы, всякие лесовозы и буксиры, что на берегах светят маяки, и по таким же, как и наша, избушкам сидят ядреные рыбаки, ждут чаю и гадают насчет завтрашней погоды.

- Славно у вас тут живут, - сказал я Нестору.

Нестор глянул на меня, надвинул брови и тяжело усмехнулся.

- Это не жизнь, товаришш ты мой! - твердо сказал он. - Тебе не понять, ты хорошего не видал, а вот раньше - так правда, жили не тужили...

- Стара песня! - возразил я. - Знаю я, как у вас тут жили раньше!

- Это как же ты знаешь?

- Читал, - сказал я. - Историю изучал.

- История! - вдруг бешено крикнул он и как-то опьянел на минуту, стал красен и лют. - Изуча-ал! Гляньте на него - историю изуча-ал! - дразнил и не истовствовал Нестор. - Изуча-ал, хо-хо!