КОПЫЛОВА. Ни хрена себе заявочки!.. Точно все с ума посходили! ( Включает радио.)

ДИКТОР. Входит князь со свитой.

КНЯЗЬ. Изменники, убийцы тишины,

Грязнящие железо братской кровью!

Не люди, а подобие зверей,

Гасящие пожар смертельной розни

Струями красной жидкости из жил!

Кому я говорю? Под страхом пыток

Бросайте шпаги из бесславных рук

И выслушайте княжью волю...

КОПЫЛОВА. Еще чего! ( Снова выключает радио.) Ну и денек!

Врывается МАНЬКОВ, лысый мужчина в очках и в шляпе.

МАНЬКОВ. Где он? Где? ( Встает на колени и ползает по полу.)

КОПЫЛОВА. Мы закрылись. А вы кто?

МАНЬКОВ. Еще не поздно, не поздно, можно пришить... Быстрее! Время в обрез! Полчаса всего, полчаса ! Где он? Где?

КОПЫЛОВА. Кто? ( закрывается в страхе ) Это вы?

МАНЬКОВ. ( Подбегает к КОПЫЛОВОЙ и хватает ее за шею.) Где он? Где?

КОПЫЛОВА. Не знаю. Это уборщица! МАНЬКОВ. Где она? Где?

КОПЫЛОВА. Дома, наверно...

МАНЬКОВ. Где она живет? Где?

КОПЫЛОВА. Не знаю, не знаю, не знаю...

МАНЬКОВ. ( Хватается за голову.) Где же он? Ну где?

КОПЫЛОВА. Да кто, кто?..

МАНЬКОВ. Конь в кожаном пальто! ( Устало садится и закрывает лицо руками.) Сижу дома, по радио как раз постановочка, спектакль - две недели ждал, заявку писал, вдруг звонок, открываю, жена в слезах, вся без пальца, говорит, из парикмахерской, маникюр делала, ни хрена себе маникюр? Полпальца отчекрыжили! Я к телефону, а она аж визжит от боли и по полу катается: "Отрезала! Отрезала! Я к ней села, а она алкота, алкота! На губе сифилис! Ножницы скачут - и мой палец, палец!.. ( Вдруг замирает и внимательно смотрит на КОПЫЛОВУ. Та прикрывает рот.)

КОПЫЛОВА. Это не сифилис! Не сифилис! ( Встает и пятится к двери.)

МАНЬКОВ. Стой! ( Идет на нее с угрожающим видом.)