Иоланта немного оживилась, потом опять угасла и рассказывала монотонно, как бы повторяя заученный урок.

— Даже рубашки себе стирал сам. У него были две нейлоновые, но ходил он в них редко, берег. Чаще всего

он носил шерстяной свитер, который я привезла ему из Закопане. Даже летом… В этом свитере…

— Когда вы его видели в последний раз?

— Это было так… — Иоланта на секунду подняла на инспектора глаза. — Конрад всегда обедал в столовой, а потом приходил ко мне, если, конечно, не собирался работать.

— И надолго у вас оставался?

— Иногда до утра, — ответила она просто, — а иногда я приходила к нему. В тот день он явился сразу после обеда. Ко мне как раз приехала подруга из Недзи-цы. Конраду это не понравилось, он держался не слишком приветливо, даже резко… Мы вместе посмотрели телевизор, потом я собрала ужин. Конрад лег на тахту, я думала, что он заснул. Чеся, моя подруга, хотела поискать место в гостинице, но было ясно, что из этого ничего не получится… Около девяти Конрад вдруг сорвался и объявил, что ему нужно уладить кое-какие дела. Он взял ключи от машины, я хотела поехать с ним, однако он пробурчал, что в этом нет необходимости, и обещал через час вернуться. — Иоланта замолчала и снова посмотрела на инспектора. — Прошло два или три часа, по телевизору еще шел какой-то фильм, но я ничего не помню… Позднее, по-моему, около двенадцати ночи, я решила, что, очевидно, что-то случилось. Набрала номер его телефона: никто не отвечал… Потом еще раз…

— В котором часу это было?

— Я уже сказала — в начале первого. Мне не сиделось дома. Конрад часто выключал телефон, на ночь почти всегда, так как его номер был похож на справочную вокзала. Я решила поехать к нему. Чеся вышла вместе со мной… Во дворе на обычном месте стояла моя «сирена».