- Да что же вы делаете? - закричал изумленный бабий голос с ближнего двора.

Парень, державший и встряхивавший в возбуждении Сашу, бросил его, кинулся к своим, растолкал их, и все вместе они побежали в темноту задами по сырому лугу.

Оставшись один, Саша вытянулся и оцепенел, глядя на валявшегося возле мостика Серегу. И когда прибежали люди, когда, засветив электрическими фонариками, стали спрашивать, кого и за что били, не мог ничего сказать, только стучал зубами и дрожал коленками.

Серегу понесли к сараю, посадили на порог, стали светить на него, ощупывая, разглядывая голову и тело. Закидывая лицо, Серега фыркал кровью и плакал.

- Ничего, цел! - бодро сказал кто-то, осмотрев Серегу и вытирая сеном руки. - Отлежится!

Запыхавшись, пришла фельдшерица в белом халате, обмыла, смазала и завязала Сереге голову. Потом с сеновала сбросили вниз сена, подушку, Серегу уложили, и все скоро разошлись.

Всю ночь Серега стонал, сморкался, плевал кровью, ругал Сашу, Москву и охоту. А утром прибежала Галя, и Саша, впервые увидевший ее, чуть не ахнул: так хороша, так откровенна и стыдлива одновременно была она в своей любви.

- Что они с тобой сделали? Да что же это, господи! - горячо зашептала она, со страхом глядя на забинтованную голову Сереги.

- А вот погляди! - отвечал Серега, раздвигая бинты, показывая черное лицо и злобно глядя запухшими глазами на Галю. - Видала? Все из-за тебя, стерва! Сегодня же уеду, на хрена мне такая самодеятельность!

- Сережа... - сказала она, опускаясь на колени.- Не нужно, не говори так... Мы на них в милицию подадим...

- Уйди от меня! - сказал Серега, отворачиваясь.

Галя взглянула на Сашу, мучительно покраснела, слезы выступили у нее на глаза. Саша схватил ружье, выскочил из сарая и побрел лугом к лесу, чувствуя опять вчерашнюю тоску, обиду, зависть...