- Полагаю, вы туда часто ходили?

- Да, я большой любитель, но в этом году не получилось - сижу в Нью-Йорке. Я смотрю гонки по телевизору, но ведь это не одно и то же. Можно сказать, гонки на игрушечных автомобилях.

Наконец - поскольку, если бы он ей надоел, она давно бы намекнула, что пора оставить её в покое - он повернулся к ней, чтобы спросить:

- Я вам не докучаю? Это получилось не нарочно,..

- Ну что вы, - мягко успокоила она, - и речи быть не может. Если кто-то кому-то и мешает, то это скорее я, и приношу извинения.

- Да нет, совсем нет, - горячо запротестовал он.

- "Это обычная любезность, без неё не обойтись," - подумала Лорель. Но, похоже, он не лгал. Прогулка не подразумевала ни выбора, ни раздумий. Ни для него, ни для нее... Просто сердечный порыв.

- Вы здесь давно? - спросила она, чтобы сменить тему.

- Уже шесть месяцев. Меня перевели в офис нашей фирмы в Нью-Йорке.

Собственный печальный опыт заставил её спросить:

- И быстро вы привыкли к этой жизни?

- Нет - нет. Там у себя я был королем. Единственный мужчина в доме, где много женщин... Как сыр в масле катался. Меня все баловали.

- "Во всяком случае, это не бросается в глаза," - подумала Лорель.

- Мать меня баловала, потому что я был единственным сыном, старшая сестра ( она замужем и живет в Японии ) - поскольку я был "младшим братцем", а младшая просто обожала, как старшего защитника. Мне повезло во всех отношениях.

- Что же вы сделали, чтобы все это заслужить?

- Я был кормильцем, и к тому же единственным, кого можно попросить починить машину или телевизор, не вызывая мастера.

- Ну, они тоже хорошо жили, - рассмеялась Лорель, подводя итоги.

Они подошли к 57-ой стрит и остановились, но не для того, чтобы разойтись в разные стороны, а чтобы решить, куда идти дальше, так как оба, казалось, решили провести остаток дня вместе.