Тяжелой ценой давалось порою казачьему люду прозрение. Но оно пришло. И в составе красных кавалерийских полков лучшие сыны Дона очищали Новочеркасск от белых банд и поднимали алые знамена над зданиями еще платовской застройки.

В маленьком скверике воздвигнут памятник из серого гранита славным сынам тихого Дона Федору Подтелкову и Михаилу Кривошлыкову.

А в центре города на мраморных постаментах начертаны имена героев-новочеркассцев, отдавших жизни за нашу победу в Великой Отечественной войне.

И все это мое, потому что не скажешь иначе о городе, где ты родился и вырос…

Старость — это та поздняя высота, с которой виден остаток пути. Вглядываясь в него зорким, наметанным взглядом, человек начинает задумываться над тем, чего он еще не сделал, и мысленно расставлять последние вехи на пути к финишу. Это очень важно — уметь заглянуть вперед. Но еще важнее бывает оглянуться назад, чтобы уже опытным, возможно даже несколько холодным, взглядом оценить все пережитое тобою, увидеть победы и взлеты, горькие ошибки и поражения, сквозь которые лежал путь к прозрению. И, заглянув в прошлое, мучительно взвесив на весах собственной совести все хорошее и плохое, перебрав в памяти события, свидетелем и участником которых был сам, и людей, локоть к локтю с какими шел сквозь время, сумеет человек ответить на вопрос, каким он был и чего хорошего сотворил в своей жизни, какими поступками задержал эту жизнь, а какими двинул ее вперед, утверждая чистое, светлое и высокое, прокладывая путь к жизни иной, лучше той, которую сам уже прожил.

Словом, старость — это пора итогов и та самая осень, когда уже не столь жарко светит даже самое яркое солнце, но мир вокруг тебя наполнен удивительной ясностью, дарованной опытом и преодоленными испытаниями.

…Я просыпаюсь рано, когда первый, полупустой, а быть может, и вовсе пустой троллейбус с шумом начинает бег по своему маршруту.