Мы должны от всей души, из последних сил любить Господа Бога нашего, и все свои дела, обычаи, традиции и нравы проверять на богоугодность. За неимением в обозримой близости самого Господа, можно любить всякого человека, созданного по Его образу и подобию, т.е. всякого христианина (христианку). По Божьему ли образу созданы иудейки и мусульманки, японки и индуски внятно не разъясняется. Попытки самовольного насильственного расследования караются у нас десятилетним сроком и лишением боевых орденов.

Отдельно следует остановиться на Страхе Божьем. Страх Божий отличается от обыкновеного детского, девичьего или казенного своей предельной конкретностью. Он просчитан наперед, популяризирован, в том числе и с нашей скромной помощью.

Но в страхе главное — неизвестность, мурашки по спине, ужас темной комнаты. Поэтому мирские страхи — намного страшней. Ты еще и натворить ничего не успел, а на тебя уже написали. Приходится бояться не собственных грешных позывов, а, черт знает, какого дремучего случая.

Другое дело Страх Божий. Господь прямо ограничивает свою юрисдикцию: «На чем тебя застану, по тому и сужу». Попадешься на воровстве, пойдешь по этапу. Успеешь сбросить ствол и вязанную шапочку с прорезями, приосанишься да оправишься — будешь в порядке, выйдешь в помощники депутата. Всякий христианин должен знать, что его в любой момент могут увидеть сверху. Поэтому держите под рукой смокинг, галстук-бабочку, дезодорант и зубную щетку.

Теперь о грустном. Приходится нам, скорбным членам тоненькой шестимиллиардной прослойки быть наготове. В любую минуту ждать смерти. Не думать о секундах с высока. Тратить их расчетливо — на добрые дела, очистку совести, покаяние по старым грехам. Господь говорит: «Всегда жди часа смертного!». Смотришь кинокомедию, не расслабляйся, Memento Mori не забывай.