Правда, сейчас оно было перевернуто, голова человека находилась там, где положено быть ногам. На лбу профессора был вырезан какой-то странный символ, кровь вытекала из глубоких порезов и капала на пол. Кровь также струилась с разбитых губ и из ноздрей Уэллса. Теперь он уже не кричал, а лишь стонал от боли.

Его руки были раскинуты в стороны и прибиты к деревянной стене большими гвоздями, которые пронзили открытые ладони. Связанные веревкой ноги перекрещивались в щиколотках. В этом месте тоже виднелась шляпка гвоздя. Обнаженная грудь профессора была разрисована какими-то загадочными кровавыми узорами.

Фрост прислонился спиной к дверному косяку и опустил глаза, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Переборов себя, он тряхнул головой и двинулся к профессору. Внезапно за его спиной послышался какой-то шум, капитан инстинктивно присел, и над его головой свистнуло лезвие меча. Фрост выпрямился и резко развернулся. Еще один парень в черном.

- Да сколько же вас тут, сукиных детей! - рявкнул Фрост, вскидывая браунинг.

И тут он осознал, что в обойме у него остался всего один заряд. Это усложняло дело. А противник уже вновь размахивал мечом, выполняя какие-то сложные движения. Такие же Фрост как-то видел по телевизору в фильме о японских самураях - мастерах боевых искусств.

Капитан левой рукой схватил за спинку деревянный стул, оказавшийся поблизости, и бросил его в мужчину. Тот отбил стул лезвием, но на этом потерял драгоценную долю секунды. Фрост смог как следует прицелиться и не спеша нажать на спуск. Пуля попала в лоб противнику, тот мгновение стоял неподвижно, а потом повалился на пол.

Фрост быстро перезарядил пистолет, вставив новую обойму с тринадцатью патронами, и двинулся к профессору Уэллсу, раздумывая, как можно освободить того от гвоздей, не причиняя особых страданий.

Сначала он взял с письменного стола нож для разрезания бумаги, но затем положил его на место и поднял с пола меч. Он был тяжелый, с короткой массивной рукояткой. Возле эфеса виднелся толстый крюк для захвата оружия противника. Фрост с сомнением покачал головой, а потом приблизился к висящему на стене Уэллсу.