— Убирайся прочь! — заорал я. — Прочь! Прочь!
Но мне никто не ответил. Тогда я начал бить всю стоявшую на столе посуду. Я бил ее до тех пор, пока соседи сверху не начали стучать по батареям, желая, чтобы я наконец-то утихомирился. Громко выругавшись на них, я направился в душ. Но так и не смог заставить себя принять его, поскольку ощущение назойливого наблюдения все еще не прошло. Я ходил по квартире из угла в угол до самого вечера. Ближе к ночи, нервы мои настолько расшалились, что я вынужден был принять настойку пустырника. Необходимость спать в одной комнате с невидимкой нагоняла на меня тихий ужас. Во время сна я буду абсолютно беззащитен, думал я. Кто помешает ему подойти и разделаться со мной. Нет уж! Не буду я спать! Я включил весь свет в комнате и пошел на кухню. Взял два персика, блюдце и кухонный нож. Начал резать их и поедать. Липкий сок стекал по моим пальцам. Внезапно я снова почувствовал присутствие невидимки в комнате. Мне показалось, что он сидит на стуле, стоявшем рядом с компьютером. Я подошел чуть ближе, и ощущение усилилось. Тогда я взял и с размаху ударил ножом туда, где он должен был сидеть. Через секунду он начал материализоваться. Крик так и застыл у меня в горле. На стуле перед компьютером сидел я, истекающий кровью, с кухонным ножом в груди. По пальцам стекал неприятно липкий персиковый сок.