Чем-то изрядно сконфуженный, покрасневший Блейн поспешно скомкал лист бумаги, на котором только что писал, и попытался запихнуть его в карман, потом повернулся к сейфу, стоявшему открытым за его спиной. В глубине разверстой пасти сейфа Элиссон увидел свой черный кожаный мешок. Блейн вдруг обернулся:

– Какие-нибудь неприятности?

– У меня – никаких. Если только у тех придурков – охотников за бизонами.

– О! – Казалось перекупщик понемногу приходит в себя. Во всяком случае лицо его постепенно приобретало нормальный цвет.

– Вы меня здорово напугали, Кид. Мне померещилось, что сам дьявол явился за мной! Так что с теми охотниками?

– Их возмутило, что я убил клеймовщика Гелта. Не пойму, как они это раскопали – ведь я никому в городе не рассказывал о Билле, кроме вас и Джонни Элкинса. Наверное, кто-то из моих приятелей раззвонил. Не то, чтобы меня это рассердило, но просто я не имею привычки трепаться повсюду о койотах – я в них стреляю, если надо. А эти кретины решили поквитаться со мной. – И в нескольких словах Кид рассказал о происшествии в Буффало Хамп. – Теперь, думаю, парни постараются меня линчевать и при этом будут еще клясться, что я – убийца!

– Ну, это вряд ли, – улыбнулся Блейн. – Может отдохнете здесь до утра?

– Не могу, я сейчас же отправляюсь.

– Ну, хоть выпьем на дорожку, – настаивал Блейн.

– У меня совсем нет времени. – Кид прислушался, нет ли погони. Могло случиться так, что обезумевшие от ярости охотники уже напали на след, а Кид знал, что Майк Конноли не стал бы защищать его от толпы.

– Ну, несколько минут ничего не изменят. Подождите, сейчас я принесу выпивку.

Местные правила вежливости в подобном случае отказа не допускали. Блейн вышел в приемную, и Кид слышал, как он что-то ищет. Кид стоял посреди комнаты нервный, настороженный и по привычке внимательно оглядывал все вокруг. Вдруг он заметил на полу смятый комок бумаги, очевидно, часть письма, поспешно скомканного и отброшенного Блейном. Он не обратил бы на листок никакого внимания, если бы среди каракулей не увидел случайно свое имя.