Сюзанна сделала серьезное лицо.

— Разумеется, у вас есть право просмотреть текст интервью до опубликования…

— Я не должна была говорить вам о бедняжке Венди, но я так переживаю за персонал, так близко к сердцу принимаю и их маленькие проблемы. Простите, я сейчас постараюсь перестать беспокоиться о Венди и Барри. Ну, давайте, что там у нас.

Сюзанна взглянула на свой список вопросов.

— Хорошо. Каково это, когда журнал «Пипл» называет вас самой умной женщиной мира?

Адель скромно улыбнулась:

— Не мира. Только Европы. Сюзанна перешла ко второму пункту:

— Каков типичный день в жизни Адель Флорэ-Клэр?

Адель рассмеялась:

— Не бывает типичных дней. С философской точки зрения, нет и таких вещей, как «жизнь» или «день». Что вы имеете в виду под «жизнью» и «днем»?

Сюзанна почувствовала, как у нее запульсировало в виске.

— Ладно. Чем, в таком случае, вы занимались вчера? На лице Адель появилось озадаченное выражение:

— Вчера? То есть в предыдущие двадцать четыре часа?

Сюзанне хотелось заорать на самую умную женщину Европы, но тут открылась дверь и особа с лошадиным лицом и красными опухшими глазами внесла поднос со стеклянным чайником и тарелкой шотландского песочного печенья, разложенного веером.

Когда она поставила поднос, Адель хохотнула и спросила:

— Венди, милочка, вы нам смерти желаете? Песочное печенье? Господи, ведь это жир и сахар!

— Мне в отделе снабжения велели покупать все только британское, — сказала Венди.

— Ну а как насчет овсяного, которое мы раньше брали?

— Его теперь по лицензии делают в Польше, — ответила Венди.

Глядя на часы, Адель поплескала в чашках пакетики с чаем, потом резковато заговорила, обращаясь к Венди:

— Насчет ноги Барри. Ведь он сможет передвигаться. На прошлой неделе мы с Эдвардом вручали награду за детское мужество мальчику, которому старинный паровоз отрезал обе ноги. Теперь дитя в инвалидной коляске играет в баскетбол…