От Поупа она научилась осуждать тех, кто

В притворном горе ускользнуть не прочь…

++

От Грея узнала,

Как часто лилия цветет уединенно,

В пустынном воздухе теряя запах свой…

Томсон открыл ей,

Как славно молодежь

Воспитывать уроками стрельбы!

А Шекспир снабдил ее огромным запасом сведений, и среди них, что

Ревнивца убеждает всякий вздор,

Как доводы Священного писанья, -

что

Ничтожный жук, раздавленный ногой,

Такое же страданье ощущает,

Как с жизнью расстающийся гигант…

и что к выражению лица влюбленной молодой женщины вполне подходят слова:

Как статуя Терпения застыв,

Она своим страданьям улыбалась…

В этом отношении ее успехи были удовлетворительными, так же как и во многих других. Ибо, хоть она и не умела писать сонеты, она приучила себя их читать. И хотя у нее не было надежды вызвать восторг публики исполнением на фортепьяно прелюдии собственного сочинения, она была способна, не испытывая усталости, слушать игру других музыкантов. Самым слабым ее местом было рисование, в котором она не смыслила ровно ничего — настолько мало, что, попытайся она запечатлеть на бумаге профиль возлюбленного, ее и тогда никому не удалось бы изобличить. По этой части она не могла соревноваться ни с одной героиней романа. Однако, до сих пор данный недостаток не открывался даже ей самой, так как у нее не было возлюбленного и ей некого было рисовать. К семнадцати годам она еще ни разу не встретила на своем пути достойного молодого человека, который был способен воспламенить ее чувства, и ни разу не возбудила в ком-нибудь не только любовной склонности, но даже восхищения, большего, чем самое поверхностное и мимолетное.