— Матушка, — с тяжелым вздохом отозвался он, — дайте мне хотя бы еще два дня! Зачем нам так торопиться? Мой отец крепок и силен. Тот флакончик, который я искал для него и нашел в далекой германской глуши, может понадобиться ему только через несколько месяцев… Матушка, я прошу у вас всего лишь два дня! Если бы вы знали…

— Я знаю, что дочь Круамара приходила сюда два часа назад!

— Дочь Круамара?! И вы ее приняли? Какая ужасная неосторожность с вашей стороны, матушка!

— Я сделала лучше, — медленно произнесла дама. — Я поговорила с ней о ее отце. Я сообщила ей, что с ним намерены сделать нищие и бродяги, собирающиеся во Дворе Чудес. Я предсказала смерть главного судьи. Наконец, я открылась перед ней как человек, способный предвидеть будущее… Да, это была ужасная неосторожность… Но это дитя, это невинное дитя мгновенно покорило мое сердце… Я даже и сама не знаю, что заставило меня так говорить с ней, так, будто это моя собственная дочь, будто я произвела ее на свет… Но, едва она выбежала из комнаты, я все поняла.

— Вы думаете, ее подослали к вам?

— Может быть… Кто знает? Но, как бы там ни было, эта девушка может дать показания против меня, у нее есть доказательства моей вины. Сын мой, если со мной случится несчастье, помни: это дочь Круамара убила меня!

— Матушка! — вскричал растерявшийся Рено. — Вы пугаете меня!

— Возможно все, — продолжала она. — Ах, если бы я могла знать… Если бы я могла увидеть… Я попробую…

В этот момент лицо женщины стало очень странным. Глаза словно затуманились, черты застыли. Рено смотрел на мать, скованный ужасом, не способный и пальцем пошевелить. А она все так же медленно продолжала говорить.

— Очень может быть, что этот ангел окажется демоном… Очень может быть, что чистая юная девушка — просто подлая шпионка… Тихо… Тихо… Слушай… Я вижу… Я слышу…

— Матушка! Матушка! — закричал Рено, протягивая к ней руки. — Матушка! Придите в себя, и поскорее уедем!