Семен замолчал, смущенно улыбнулся и стал поправлять костер. Неожиданно что-то странное и мощное родилось в воздухе, родилось, нарушило ночную глушь, всколыхнуло настоявшуюся звездную тишину, пронеслось по реке.

-- Эге-геее...-- донесся к нам низкий могучий вопль. Мы сразу повернулись к реке и первое мгновение недоуменно прислушивались. Тишина... И опять незримо пролетел мощный крик:

-- Эге-геее...

-- Сплавщики голос пробуют! -- облегченно засмеялся Семен.-- Правда, здорово? По реке звук далеко разносится. Лодка ночью плывет, так за версту слыхать, как весла скрипят. А то в другой раз такое послышится, что и не поймешь, что такое. Вроде крикнет кто или вздохнет, или вот так тихонько: "тииу, тииу, тииииу".

Он очень похоже изобразил странный звук, который и я часто слышал ночью на берегах рек и болот и никак не мог догадаться, что бы это значило.

-- Лешка боится, а я нет,-- улыбнулся Семен.-- Скучно, правда, одному, а так -- хорошо!

-- Никого и не боюсь! -- сказал вдруг громко Леша и прищурился.

-- Не боишься? А ну-ка, сходи сейчас на Хлыстово болото, принеси мне оттуда метелок. Ну? Сходи, сходи!

Леша повел ртом, оглянулся назад в темноту и засмеялся. Семен помолчал немного.

-- Народ здесь сильный ужасно,-- снова начал он.-- Есть ребята силы такой, что хоть кого хочешь побьют. Вы думаете, этот сплавщик по делу кричал? А он просто так: на берег выйдет и орет, слушает, как его голос по лесам раздается.

-- Дядь, а дядь! Стрельните! -- попросил внезапно Леша и жадно посмотрел на мое ружье.

-- А ты сам стрельни,-- ответил я, подавая ему ружье.

-- Баловство! -- недовольно сказал Семен.-- Только патрону перевод.

Но в глазах его зажглось такое же, как и у Лешки, острое любопытство. Леша огляделся, увидел высокий осиновый пень невдалеке и через секунду уже старательно укреплял на этом пне свою старую шапку.