Кристина молчала. Она знала, о чём он будет просить, и боялась этого. На лице Стефана появилась шаловливая улыбка.

— Почему молчишь? Сегодня я приду к тебе. И знаешь что?..

— Я больше не могу! — внезапно прервала его Кристина. Она хотела высказать ему всё, что накопилось у неё на душе за последние дни: — Я всю ночь не спала, жуткие мысли приходили в голову. А потом приснился страшный сон… Видела тебя в морге…

— Понимаю, Крыся, тяжело тебе. Но и ты пойми — идёт война, и даром ничего не даётся.

— Перестань! — воскликнула Кристина.

Но Стефан уже не слушал её. Он спросил о раненом, который бредил. Потом заговорил о Вацлаве. Парень всё меньше нравился ему. Стефан предупредил Кристину, что необходимо остерегаться его, ибо сейчас такое время… неизвестно, кто и что…

Кристина слушала, не понимая, что происходит со Стефаном, и облегчённо вздохнула, когда вошла Клара.

— Крыся, — позвала её Клара, — пойдём! Необходимо приготовить одиночную палату. Доктор привёл больную.

— Какую больную? — спросил Стефан.

Еву внесли в коридор и положили на каталку. Курт козырнул и вышел, а Ева, уже пришедшая в себя, осмотрелась.

В коридоре она увидела доктора Ковальского и Вацлава, а потом взгляд её упал на кровать, где лежал мужчина, подобранный в поле около леса и привезённый в больницу крестьянином.

Да, это был он, девушка не могла ошибиться… Её охватил страх, она хотела что-то сказать, попросить, чтобы её побыстрее убрали из коридора, но только пошевелила губами.

В это время лежавший на кровати мужчина открыл глаза. Увидев Еву, он приподнялся на локтях, а потом тяжело опустился на подушки.

— В операционную! — распорядился Ковальский. — Приготовить необходимые инструменты. Я сейчас приду.

Каталка, на которой лежала Ева, двинулась, подталкиваемая медсёстрами.