– Будешь со мной так разговаривать, я сообщу желтой прессе все твои интимные подробности! – выпалил он зло.

– Ну, хватит! – хлопнул в ладоши Андрей Арнольдович. – Как в боксе! Разошлись по разным сторонам ринга! За ночь соберитесь, вы ведь оба нужны в этом сериале. Тебе нужно возродиться из пепла, – обратился режиссер к Джульетте. – И на сегодняшний день лучшего партнера для тебя в российском кино нет! Нравится он тебе или не нравится! Ты была звездой и осталась ею, но пять лет вне съемок и вне театра – это гибель для актрисы. А тебе… – обратился он к Даниле, – необходимо поднять свой пошатнувшийся рейтинг. И сделать ты это сможешь только с ней, появления которой на экране ждут миллионы, а не с одной из этих молоденьких дурочек! Вы как дети, честное слово! Одна вообще решила порвать с кинематографом, другой, наоборот, примелькался там до тошноты! А сейчас все совпало! Поэтому все личное за борт! Иначе мы окажемся…

– Где? – спросил Данила.

– Не прикидывайся, тут особых пояснений не требуется! И еще… Тебя, Джулия, попрошу не распускать руки и не портить мой инвентарь, то есть лицо Дани.

– Оно, кстати, застраховано!

– Мне, Данила, от этого не легче. И я бы тебя попросил не провоцировать актрису… Как ты так можешь? Она же женщина, к тому же когда-то вы были близки. Ты прекрасно знаешь, что означает для актрисы появиться на экране через пять лет! Ты все знаешь! Мы, режиссеры, проклятые люди, мы фиксируем время на пленку, и это время остается в памяти людей! Конечно, Джульетта за пять лет практически не изменилась. Но мы видели ее в этот промежуток, а зрители нет! И они будут разглядывать ее особо пристально. А ты ей в кадре про возраст! Это непорядочно! Индейцы не дают себя даже фотографировать, считая, что пленка забирает часть души. Эх!.. – махнул рукой Андрей Арнольдович.

В прошлом он был известным актером, но потом захотел снимать свое кино, и у него это получилось. Он очень удачно вписался в новый рынок киноиндустрии, приносящий доход. Его коньком стали коммерческие сериалы очень хорошего качества, что отмечалось даже критиками, уж обычно разносившими такую продукцию в пух и прах.