Молодой человек достает из кармана расческу и проводит ею по идеально уложенным волосам.

— Я выходил на кухню принести из холодильника водку, — произносит он, — а что произошло?

— Человека убили, — говорит Алик.

— Неужели? — Копылов поднимает брови. — А где?

— Этажом ниже.

В прихожей в это время звонит телефон, и зеленоглазая женщина уходит. Я жду, пока она поговорит, чтобы потом позвонить в милицию.

— Та-ак, — толстяк складывает руки на животе и смотрит на меня, — вы, значит, приезжий? Из столицы?

— Верно, сегодня приехал.

Возвращается Рита.

— Звонил муж, — она словно отмахивается рукой, — я сказала, в какую историю мы попали.

— И про ремень с пряжкой, которым задушили, тоже сказала? — вдруг спрашивает громила.

— При чем здесь ремень?

— Так, к слову. Кажется, я видел такой…

— Не говорите ерунду, — женщина презрительно кривит рот.

— Это не ерунда, — взрывается Копылов. — Нам ведь скоро придется отвечать на разные вопросы…

— А ведь он прав, — качает головой толстяк.

— Эти засранцы ворвались и сообщили, что кого-то там убили, а всех нас поставили в щекотливое положение…

— Ну-ка, полегче, — не выдержал я.

— Не надо, — тихо просит женщина.

Минуту смотрю на толстяка, и он постепенно тускнеет, опускает голову. Я разжимаю кулаки.

— Очень дикий молодой человек, — громила вдруг небрежно усмехается и добавляет. — Очень. Док, вы родились в рубашке, он наверняка бы вышиб вам вставную челюсть, не вмешайся наша девочка. У нее реакция, как у кошки. Как у большой черной кошки, — он беззвучно хохочет, словно сказал что-то остроумное.

Я уже успокоился, но женщина не отпускает мою руку и как-то странно смотрит на меня. Потом говорит:

— Пойдемте на кухню. Я должна вам объяснить…